Подарок Нептуна
Мы ловили леща на Шексне. Мы - это я и мой тесть Юрий Палыч, который еще год назад не брал в руки удочки, а из всех видов отдыха предпочитал употребление горячительных напитков в неограниченных количествах.
По непонятным причинам, полностью "завязав" с зеленым змием, он неожиданно оказался во власти самого неизлечимого заболевания - рыбалки. Невысокого роста и весьма грузного телосложения, Палыч усаживался в "Нырок", как курица, подкладывая под известное место солидную охапку сена. В мощных руках тракториста лещовая удочка оказалась грозным оружием, и постепенно наши уловы выровнялись.
Этим летом лещи ловились отвратительно, и мы с трудом оправдывали расходы на любовно сваренную кашу-ассорти, которая в прежние годы привлекала целые косяки рыбы.
...Лодки наши слегка покачивались, заякоренные на одном шнуре в полуметре друг от друга. Лески бортовых удочек и шнур кормушки уходили на 9-метровую глубину. Мы сидели валетом, наслаждаясь созерцанием друг друга и спокойным величием реки. Размеренность мыслей нарушали ерши.
Кончики сторожков из рулетки, выкрашенные ярким лаком для ногтей, судорожно дергались, напоминая нервные пальцы пианистки.
Накануне тесть упустил здоровенного золотистого леща, ночь спал плохо и теперь, обуреваемый жаждой реванша, щурил глаза на ярком июльском солнце.
- Это же просто бандформирования какие-то, - злился Палыч на ершей, которые самым бесстыжим образом объедали любовно запасенных красных навозных червей.
Лакированный сторожок резко наклонился к воде. С замиранием сердца я подсек, и на свет Божий показался судачишка размером с шариковую ручку. Я отпустил неразумного, выразив надежду, что этот жест доброй воли будет по достоинству оценен справедливым речным Нептуном.
Ерши немного успокоились, тесть потянул за леску, чтобы проверить одну из удочек. "Опять кормушка зацепилась", - с досадой сказал он. Сетка с кашей сегодня нервировала нас не меньше, чем ерши. Леска шла туго.
Появилась вторая версия: коряга. Леска медленно поддавалась - стало очевидно, что на крючке крупная рыбина, но куда ей против тракториста! Судаки до двух килограммов не были редкой добычей, а отсутствие рывков говорило о том, что это был именно судак.
Рыбина тем временем поменяла курс, и леска уже звенела от напряжения в узкой полоске воды между лодками. Тесть продолжал тащить, и через несколько секунд нам открылось зрелище, от которого наши челюсти отвисли. На поверхности воды неподвижно стояла огромная желтая, вся в пятнах щука с темной спиной. Голова чудовища располагалась рядом со мной, а хвост простирался до носа тестевой лодки.
С истерическим смехом мы вспомнили рассказ местного рыболова о глубинных щуках и о сознательно оставленном в машине подсачеке - "чтобы рыба лучше ловилась". Я решил предпринять единственно возможную попытку, хотя и понимал, что она заранее обречена на провал: левой рукой изо всех сил вцепился в жабры. И тут только щука поняла, что у нее появились проблемы. Рывок был такой силы, как будто я держал за перископ погружающуюся подводную лодку.
Через долю секунды мы ошарашенно смотрели на оборванную леску. Из разрезанных жабрами пальцев капала кровь, лишая тестя возможности предъявить претензии по поводу упущенной добычи.
Белый свет для Палыча померк. Застыв как изваяние, сидел он несколько минут неподвижно, затем, изощренно ругаясь, стал сматывать удочки. Вылезая на берег, тесть достойно завершил супернеудачный день - споткнулся о весло и с грохотом упал в воду.
Я буквально давился от смеха в своей лодке. Весь мокрый Палыч выбрался на траву и философски произнес: "Самое обидное, что на работе никто не поверит".
Вечером, стоя под душем, я смывал шекснинскую пыль. Шампунь тек по обгоревшему за выходные дни лицу. Я закрыл глаза и четко увидел зеленый борт "Нырка" и так и не полученный нами подарок речного Нептуна.
А.Синягов
