Рыбалка с мудрым Сергеичем

Вспоминая прошлогодний успех на рыбалке по перволедью, мы тщательно и задолго стали готовиться к поездке на Вазузское водохранилище. Перезванивались с Сергеичем и Михалычем, советовались о сроках выезда.

— Не пропустить бы самый первый лед. Вот когда у щуки жор, — твердил мне в трубку сиплым

прокуренным голосом Сергеич. — Ты, Леш, бегаешь вдоль Борисовских прудов.

Смотри, не прозевай, когда можно будет на лед выходить, — беспокоился он.

А Михалыч тоже переживал:

— Вазузское водохранилище своеобразное, там ледостав может быть позже, чем на других водоемах.

Приедем за две с половиной сотни километров, а льда не будет. Что тогда?

В декабре наконец мы все-таки выбрались на Вазузу.

— Поздновато едем, — сокрушался Сергеич, разглядывая из окон старенького «Запорожца» суровый зимний пейзаж Смоленщины.

А снегу выпало изрядно. Свернув с шоссе на проселочную дорогу, мы с трудом добрались до маленькой деревеньки, затерявшейся в перелесках на берегу водохранилища. Приютила нас милая старая женщина, назвавшая себя бабкой Леной.

«— Рыбаков на буднях бывает мало», — сказала она.

— Располагайтесь вольготно: кто на печи, кто на кровати. А то в ноябре у меня аж двадцать человек ночевало.

— Где ж они спали? — спросил Михалыч.

— Да на полу, бочок к бочку только и уместились.

— А рыба клевала хорошо? — поинтересовался Сергеич.

— Да ловили... Они всегда ловят, — ответила она как-то неопределенно.

Утром, еще затемно, мы вышли на наше прошлогоднее место, к заливу. Расставили жерлицы и вдоль берега, и ближе к середине залива. Глубина везде небольшая — до двух метров. Я как самый молодой в нашей компании сбегал и поставил пару жерлиц метров за сто от входа в залив, ближе к затопленному руслу Вазузы, — так Сергеич посоветовал.

К обеду мы поймали двух щурят и поняли, что «грандиозного» жора не увидим.

— Может быть, часам к трем все переменится? — предположил Сергеич.

Михалыч сразу приободрился и, потерев ладони, предложил перекусить. Мы разложили на чемоданчике еду, устроились поудобнее. Из-за облаков вдруг выглянуло солнышко, и вся округа преобразилась, защебетали в перелеске птички. Неожиданно посреди трапезы Сергеич толкнул меня в бок:

— Эй, Леха, смотри, да у тебя дальняя жерлица горит!

Я вскочил, побежал к лунке. Пока до нее добрался, леска смоталась с катушки и висела, не шевелясь. Зная щучьи повадки, я выждал немного и миллиметр за миллиметром стал выбирать леску из воды. Когда она натянулась до упора, я резко подсек. Тут же на леске заходила крупная рыба. Я быстро стал вываживать и, не дав щуке опомниться, с ходу втащил ее в лунку.

— Килограмма на два с половиной, не меньше потянет, — обрадованно крикнул я.

Снова зарядил некрупной плотвичкой снасть. Минут через пять увидел на ней поднятый флажок. «Малек, наверное, очень резвый», — подумал я, но на всякий случай решил проверить жерлицу.

К моему удивлению, леска опять была смотана и едва заметно вибрировала. И вновь я осторожно выбрал леску и подсек. Я едва мог сдерживать напор сильной рыбы. Раз пять я отпускал леску, давая рыбе «походить», она натягивала леску до звона. Щука была опытная. Выбившись из сил, продолжала отчаянно сопротивляться: раскрывала пасть, мотала головой. В лунку она никак не проходила. Наконец подоспевший Михалыч сумел подцепить ее багориком.

— Да это настоящий крокодил, — услышали мы за спиной удивленный голос Сергеича. — Вот что, ребята, здесь между краем русла и берегом идет бровка. Глубина — метра четыре. Щука покрупнее перешла сюда. Пока еще время есть, надо жерлиц пять перенести в это место, — посоветовал он.

Мы так и сделали. Однако к концу дня удалось поймать только двух килограммовых щук. Мы уходили с водоема довольные, но Сергеич, хитро посмотрев на красивый солнечный закат, пообещал нам на следующий день еще лучший клев.

Вечером у самовара мы решили, что завтра все жерлицы поставим вдоль бровки, в самой узкой части водохранилища, начиная от счастливой лунки.

У рыболовов ночи короткие: долгие разговоры и ранний подъем. И вот мы снова на льду. Поклевки начались, как только рассвело. Флажки загорались так часто, что мы не успевали заряжать жерлицы. К полудню жор поутих, мы смогли передохнуть, перекусить, а часов с двух щуки вновь заставили нас поработать...

Успех был ошеломляющий. Мы сократили свое пребывание на водохранилище и наутро поехали в Москву, хотя планировали до этого побыть еще два дня.

Всю обратную дорогу Сергеич благодушно мечтал, как его жена будет целую неделю готовить щучьи котлеты, а невозмутимый Михалыч, управляя «Запорожцем», насвистывал какой-то мотивчик...

А. Горяйнов