Спасенная репутация
Прошлым летом я и приятель вместе с женами отправились на неделю порыбачить на реку Урал. Лагерь разбили на левом берегу и поспешили к воде — выбрать подходящее место для рыбалки. Когда жара спала, сделали первые забросы.
Небольшая волна легонько подгоняла поплавок моей проводочной удочки, вокруг которого водили хоровод стайки уклеек, но клева не было. Чтобы раздразнить аппетит у рыб, я стал подтягивать на себя насадку короткими рывками. Лакомый червяк скачками уходил к берегу, и какой-то голавлик не выдержал — схватил его. Описав дугу, голавль шлепнулся к моим ногам, а леска безнадежно запуталась в ветвях тополя, в тени которого я устроился.
Пока я возился, пытаясь вызволить удочку из плена, приятель забросил червяка в «окно» между зарослями травы. Не успел его поплавок коснуться воды, как тут же пошел в сторону. Подсечка — и к моему голавлю присоединился солидный карась. Как выяснилось позднее, это был весь наш улов в тот день.
Жены наши, увидев жалкие трофеи, подтрунивали над нами весь вечер. С притворной озабоченностью они подсчитывали съестные припасы и горевали, что придется раньше возвращаться: дескать, с такими уловами делать тут нечего...
Чуть ниже по течению, из затона, почти постоянно слышались громкие всплески крупной рыбы, а по воде расходились широкие круги. Должно быть, это охотился сом.
Мечта поймать крупного сома не давала нам покоя. Мы решили поставить в затоне четыре донки с живцами. Лесник, к которому мы зашли, чтобы попросить у него лодку, подтвердил, что в затоне обитают сомы-великаны. По его словам, однажды здоровенный сом, гревшийся на мелководье, едва не опрокинул наскочившую на него лодку с рыболовом.
Задолго до рассвета мы тихонько выбрались из палатки и направились в лодке лесника к затону. На трех донках живцы были сбиты. Четвертая, поставленная возле стены камыша, «сработала». Схватив леску, я почувствовал упругое сопротивление крупной рыбы. Долго рассказывать обо всех деталях вываживания, но в конце концов мне удалось подтянуть рыбину к лодке, а напарнику — подхватить ее багориком. Сверкнув белым брюхом, сом перевалился в лодку.
Солнце еще не успело показаться из-за леса, как мы уже были у палаток с завидной добычей. Восторженные охи и ахи были нам наградой.
И хоть наш сом не чета был тем исполинам, о которых накануне рассказывал лесник, но он помог восстановить нашу пошатнувшуюся было репутацию бывалых рыболовов.
А. Морозов
