Ловля налима на гроздь из пескарей
Понятие о хорошей погоде у каждого рыболова свое. Мне, например, больше всего по душе «налимья» погода, когда норд-ост приносит крепкий мороз и буйную метель, которая перечеркивает границу между землей и небом. Кажется, все живое забивается в укромные уголки, чтобы переждать ненастье, но... только не налим! В февральскую круговерть в самом разгаре его посленерестовый жор.
Про налима и про то, как и на что его ловить, написано немало, и теоретически почти все в повадках этой рыбы вроде бы изучено. А практически...
Невозможно почти найти напарника для «примитивной», как многие считают, ловли этой своеобразной рыбы. Ловля налима со льда, может, и не отличается особой замысловатостью, но все же есть что-то привлекательное в самой обстановке ловли. Ночь, пурга, мороз, а ты один возле костерка (если есть где и чем его развести). Чаще-то обходишься без огня и только надежда на активный клев налимов согревает душу. И ведь до чего солидная рыба: надежды эти почти всегда сбываются!
Не знаю, как в других местах, но в реках и речках нашей области в последние годы налимов стало больше. Думаю, объясняется это тем, что браконьерам не так-то легко добраться до налима. Ни сетью, ни «телевизором» его не возьмешь. В вентери, кубари и верши он не заходит, разве лишь случайно. Как ни процеживают мелкие речки и речушки браконьеры, но пескарей и ершей в них всегда хватает, вот и процветает налим, поднимаясь до самых верховий, где вода почище.
Многолетние наблюдения убедили меня в том, что довольно широко распространенные среди рыболовов небылицы о том, чем кормится эта рыба, чаще всего ничем не оправданы. Одно из подобных заблуждений состоит в том, что лучшей насадкой для налима является якобы снулый ерш. Я по пальцам одной руки могу пересчитать налимов, соблазнившихся этой насадкой...
Хочу поделиться одним секретом, как поймать крупного налима. Об этом способе я в литературе нигде не читал, узнал о нем совершенно случайно от одного рыболова, оказавшегося моим соседом на ночной рыбалке.
Берется крупный двойной или тройной крючок и на каждый крючок насаживается живой пескарь. На дне пескари поднимают страшную возню, так как пугаются друг друга. Сначала к необычной наживке подходят мелкие налимы, но ничего не могут поделать с гроздью беспокойных пескарей: они им, что называется, не по зубам. Благодаря этому мелкие налимы получают шанс дорасти до солидного возраста, а наживка спокойно дожидается, пока ее засечет крупный налим. Этот без особого труда заглатывает всю компанию и надежно засекается. При вываживании он сопротивляется ничуть не меньше, чем щука такого же размера.
Самый крупный налим, которого мне удалось соблазнить такой наживкой, потянул на весах шесть килограммов. Попался он мне в верховьях Хавки — притока Усманки.
Однажды в январе, когда погодка выдалась самая налимья — мороз, холодный ветер, небольшая метель, отправился я на охоту. Лунки пробил в самых, казалось бы, «перспективных» местах: под крутым берегом, на песчаной отмели, на мелководье. Многократные проверки живцовых удочек ничего не дали. Пусто.
Было далеко за полночь, но никто не проявлял интереса к моим живцам. Стало неуютно, начали мерзнуть руки...
И вдруг в двух лунках на мелководье, где-глубина-то была всего сантиметров двадцать, «загорелись» флажки. Я извлек из воды двух великолепных налимов — по килограмму каждый. Один из них оказался белым, как снег. Из литературы я знал, что альбиносы — не такая уж редкость среди теплокровных животных, но что они бывают и среди рыб, нигде не читал.
Н.Васильев
